Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-1-2000/101"]Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X[/URL]
 

OCR
меде, остро-сладкий вкус, и нисколько не пучит желудок.
А потому все это, хотя немножко и щиплет небо, я могу
есть с большим удовольствием. Ибо я не вижу, как могло
бы быть опровергнуто твое заключение.
— Конечно же не может, — сказал Тригеций. —
Потому я и радуюсь, что давно уже охладел к академикам.
Не знаю под каким влиянием природы или, вернее сказать,
Бога, не знаю даже, чем должны быть они опровергаемы,
однако я буду их решительным противником.
— А я, — отозвался Лиценций, — пока их не оставлю.
— Выходит, — удивился Тригеций, — ты не согласен
с нами?
— А вы, — спросил тот в свою очередь, — разве
расходитесь в этом с Алипием?
— Не сомневаюсь, — сказал я на это, — что Алипий,
если бы он находился здесь, согласился бы с моим
умозаключением. Ибо он не мог бы держаться того нелепого
мнения, что блаженным может считаться тот, кто не имеет
такого духовного блага, которого желает самым пламенным
образом, или, что они (академики) не желали найти истину,
или, что мудр тот, кто не блажен: ибо то, чего ты побоялся
отведать, приправлено этими тремя положениями, словно
торт медом, мукою и орехом.
Пока мы так, шутя, как бы понуждали Лиценция
скушать свою порцию, остальные, не принимавшие участия
в нашей дружеской перебранке, но желавшие понять, о
чем мы толкуем между собой, смотрели на нас весьма
уныло. Мне они показались похожими на людей, которые,
находясь на пиршестве среди весьма голодных и жадно
принимающихся за еду товарищей, не спешат присо-
единиться к ним то ли вследствие своей солидности, то
ли робея от застенчивости. А так как угощал я, то подобное
положение дел меня не устраивало — неравенство за моим
столом встревожило меня. Я улыбнулся матери. Она же,
как бы с полнейшею готовностью приказывая достать из
своей кладовой то, чего недоставало, сказала:
— Скажи же нам, что за люди эти академики и чего
они хотят?
98