Русское старообрядчество. В двух томах. Том 1-й и 2-й

Зеньковский С. А. Русское старообрядчество. В двух томах. — Москва: Институт ДИ-ДИК, Квадрига, 2009. С.688

: [url=http://txt.drevle.com/text/zenkovskiy-russkoe_staroobryadchestvo-2009/52]Зеньковский С. А. Русское старообрядчество. В двух томах. — Москва: Институт ДИ-ДИК, Квадрига, 2009. С.688[/url]
 

Содержание

Предисловие к новому изданию

Сергей Зеньковский. Очерк жизни и творчества

Хронологический список работ С. Зеньковского

От издательства

Библиография и список сокращений

TOM I

Русские старообрядцы

Предисловие

I. КРИЗИС ТРЕТЬЕГО РИМА

II. НАЧАЛО НОВОЙ ПРОПОВЕДИ

III. БОГОЛЮБЦЫ У КОРМИЛА ЦЕРКВИ

IV. НИКОН

V. РАСКОЛ

VI. РОСТ СТАРООБРЯДЧЕСТВА И ДЕЛЕНИЕ НА ТОЛКИ

Заключение

ТОМ II

ПРЕДИСЛОВИЕ

I. ГЕОГРАФИЯ И СТАТИСТИКА РАСКОЛА

II. СТАРООБРЯДЦЫ И ВЛАСТЬ

III. СТАРООБРЯДЦЫ И РЕВОЛЮЦИОНЕРЫ

СТАТЬИ

ПРИЛОЖЕНИЕ. ИСТОРИЯ И СУДЬБЫ

OCR
цами, которых лондонская группа пыталась использовать для связей с
революционным движением и старообрядцами России. Надо отметить, что в этом
отношении лондонские эмигранты не были изобретателями новых путей и что уже во
время Крымской войны агенты вождя польской эмиграции кн. Адама Чарторыйского
вербовали живших в Турции казаков-старообрядцев и в особые военные отряды,
и в диверсионные группы, с помощью которых они собирались поднять
восстание на Дону, Урале, Кубани и среди казачьих частей, воевавших на Кавказе.
Несмотря на провал лондонской затейки Герцена, Кельсиева и Огарева,
народники продолжали интересоваться старообрядчеством и немало сделали для
популяризации изучения этого, тогда еще очень мало известного русским ученым
и читателям движения. Вслед за Щаповым и Кельсиевым старообрядцами
занимались такие представители народничества, как H.A. Аристов, Я.В. Абрамов,
В. Фармаковский, В.В. Андреев, A.C. Пругавин, И.И. Каблиц (псевдоним — Юзов)
и многие другие. К ним же можно до некоторой степени причислить и
известного историка Н. И. Костомарова, который так же, как и А. Щапов, принадлежал к
земскому областническому направлению русской историографии и стремился
изучать не только историю государства, но и историю самого народа.
Ознакомившись с работами самих старообрядцев, Н.И. Костомаров в обстоятельном
очерке "История раскола у раскольников"4 писал, что раскольники очень отличались
своим духовным и умственным складом от представителей русской
средневековой культуры и церкви: "В старой Руси господствовало отсутствие мысли и
невозмутимое подчинение авторитету владетельствующих... раскол любил мыслить и
спорить". Несмотря на то что почтенный историк был совсем несправедлив в своем
осуждении Древней Руси — ведь недаром современный исследователь древней
русской литературы Д.И. Чижевский считает XIV и XVI века веками споров и
разногласий,— тем не менее Костомаров был прав, говоря о старообрядчестве как о
"крупном явлении умственного прогресса", которое в течение веков отличалось
своей любовью к прениям и исканием ответа на свои духовные запросы.
Хотя историки либерального, по преимуществу народнического,
направления сделали немало для раскрытия идеологии и социальной жизни раскола, все
же, как это ни странно, главную роль в выяснении сущности раннего
старообрядчества и причин кризиса в русской церкви XVII века сыграл весьма реакционный
противник, вернее даже заклятый враг раскольников Николай Иванович
Субботин, профессор Московской Духовной Академии, который в 1875 году начал
издавать теперь совершенно незаменимые для истории старообрядчества
"Материалы для истории раскола за первое время его существования". В девяти томах своих
"Материалов", а затем в своем периодическом издании "Братское слово", в
бесчисленных изданиях старообрядческих источников и в своих монографиях
Н.И. Субботин собрал бесконечное количество документов, писем, биографий и
"житий", полемических трактатов и исторических работ, написанных самими
раскольниками. В первом же томе своих "Материалов" он опубликовал "Житие
протопопа Ивана Неронова", одного из виднейших противников Никона, и
"Записку" о его жизни. Из этих сочинений, написанных еще в 1650—1660-х годах,
было видно, насколько необдуманны и неосторожны были поступки патриарха;
кроме того, в них ярко вырисовывался облик самого Неронова, который
задолго до патриаршества Никона вместе с другими священниками начал бороться
4 Вестник Европы. 1871. № 4.
4*
51