Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [url=http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-1-2000/462]Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742[/url]
 

OCR
огненного, этих как бы своего рода видимых слов, и
подобным образом врачевать наши внутренние очи.
Итак, не зная, но веря, что истина существует, уясним
себе, какое доверие должны мы оказывать истории, какое
— разуму и что должны запечатлеть в памяти? Где та
истина, которая не приходит и не уходит, а всегда остается
неизменной? Какому следовать способу истолкования ал-
легории, которая, как мы верим, изречена мудростью во
Святом Духе: достаточно ли от видимого древнего относить
ее к видимому же, но более новому, или к природе и
движениям души, или же к неизменной вечности; имеют
ли одни из них значение действий видимых, другие —
душевных движений, третьи — закона вечности, или же
есть некоторые и такие, в которых следует искать все это
одновременно? Какая вера твердая — историческая ли и
временная, или духовная и вечная, — к которой должно
быть направлено всякое истолкование авторитета? Что
способствует пониманию и достижению вечного, в котором
заключается цель всех добрых действий и достоверность
временных предметов? Какое различие между аллегорией
исторической, фактической, аллегорией речи и аллегорией
таинства? Как следует понимать саму речь Божественных
писаний согласно с особенностями, свойственными каж-
дому языку? Ибо каждый язык имеет некоторые свои
собственные обороты, которые, будучи переведены на
другой язык, являются нелепыми. К чему служит такая
низменность в слововыражении, что в священных книгах
встречаются в приложении к Богу не только гнев, печаль,
пробуждение от сна, память, забвение и некоторые другие
наименования, которые могут применяться и к людям
добродетельным, но даже раскаяние, ревность, опьянение
и некоторые тому подобные? Следует ли относить к
видимой форме человеческого тела очи Божий, руки, ноги
и другие подобного рода члены, или же к обозначению
разумных и духовных сил, как и шлем, щит, пояс и
прочее тому подобное? И — что особенно заслуживает
исследования — в каком отношении для человеческого
рода полезно, что Божественное промышление говорило
таким образом с нами при посредстве разумной, рожденной
459